Империя итальянской семьи Джовании

Итальянскую семью Аньелли по влиятельности на ее родине сравнивают с Кеннеди в США. Она осуществляет контроль над ею же когда-то основанным автомобильным концерном Fiat. Также ей принадлежит известный итальянский футбольный клуб «Ювентус» и много других активов.

Рождение легенды

Династию успешных предпринимателей и промышленных магнатов основал Джованни, родившийся в 1866 году. Сперва ничто не предвещало, что молодому человеку предстоит вписать имя своей семьи в историю Италии. Он пытался строить карьеру военного, успехов не добился и, прослужив 8 лет, ушел. Получил юридическое образование и занял пост мэра небольшого городка, который ранее занимал его отец.

Однако этого честолюбивому итальянцу оказалось мало. Его всегда интересовала механика, и он обратил внимание на только зарождавшуюся отрасль – автомобильную. Образование не позволяло ему участвовать в новом проекте в качестве инженера, но зато здесь впервые проявился талант предпринимателя. Он нашел несколько инвесторов, готовых вложить средства в реализацию идеи автомобильного производства. В самом конце XIX века эта группа основала фирму, пышное наименование которой позже сократилось до всем известного ныне слова FIAT. Писалось оно именно так, заглавными буквами, потому что представляло собой аббревиатуру.

Капитал, который Джованни принес в общее дело, составлял всего 400 долларов. В совет директоров вошли столь именитые люди, что молодой итальянец, казалось бы, просто обречен был играть второстепенную роль. Но уже через 12 месяцев он занял пост директора.

Путь наверх

Успех пришел далеко не сразу. Сначала количество произведенных автомобилей исчислялось в штуках: 8 машин – в 1899-м, 18 – в 1890-м. Только через 10 лет открыли первый завод. Здесь пригодились армейские навыки: на предприятии царила неукоснительная дисциплина, функционировала система контроля качества. Позже побывал в США на заводе Форда и позаимствовал несколько идей. Именно на итальянском предприятии впервые в Европе применили конвейер.

Молодой предприниматель поставил себе амбициозную цель: он планировал достичь лидерства на европейском рынке. В начале XX века правительство Италии пересмотрело политику в области импорта, и это дало толчок к росту.

Очередной идеей стала диверсификация производства. Наряду с легковыми машинами, концерн начал выпускать грузовые автомобили, трамваи и автобусы.

Партнеры одобряли все идеи Джованни (они действительно были продуктивными), а тот постепенно, не привлекая внимания, скупал на рынке их акции. Вскоре он стал владельцем основной части активов.

Через 9 лет открылась первая фабрика в Штатах, автомобили успешно продавались и в европейских странах. И тут произошел неприятный инцидент. Руководство в полном составе пошло под суд за попытку мошенничества при игре на финансовом рынке. По слухам, это стало результатом интриг партнеров, которые планировали свергнуть молодого руководителя. Кончилось неожиданно: он свой пост сохранил, а вот многие партнеры – нет.

Бизнес на войне

Обладавший исключительной способностью к анализу, Джованни в первом десятилетии XX века начинает развивать новое направление – производство вооружений, самолетных и корабельных двигателей. Интуиция его не подвела: вскоре случилась война между Италией и Турцией, и предприятие заработало огромные деньги.

Первая мировая стала важнейшим этапом в развитии бизнеса. Была получена монополия на поставки военной техники армии Италии, весомые субсидии и льготы.

Однако бизнесмен понимал, что война однажды закончится и в дальнейшем надо делать ставку на легковые автомобили. Приняли решение о выпуске новых моделей, начали строительство еще одного завода. Он заработал в 1922-м и был одним из наиболее передовых в Европе.

Под крылом диктатора

Когда к власти пришел Муссолини, сыгравший в развитии бизнеса и в судьбе клана важную – в чем-то даже мистическую – роль, Джованни поддержал его. Это в дальнейшем принесло неприятности и привело к временной утрате руководства концерном. По мнению некоторых историков, в поддержке не было искренности, бизнесмен всегда придерживался либеральных идей. Однако сотрудничество между компанией и правительством было выгодно обеим сторонам, и они примирились со взглядами друг друга.

Благодаря политике страны в сфере импорта Fiat в 1920-х взял рынок Италии под полный контроль. На бренд приходилось более 80% машин, продававшихся в Италии. Осуществлялась простая стратегия: выпускали две линейки авто – эконом и премиум. Однако покупатели роптали: цены были слишком высокими.

Первая попытка выпустить доступную модель провалилась – она все равно была не по карману большинству итальянцев. Несколько лет ушло на разработку действительно экономного варианта, но в итоге запущенная в производство в 1937 году «мышка» (Topolino) стала поистине народной.

«Ювентус» и «проклятие семьи»

Еще одним детищем семьи был футбольный клуб «Ювентус». Руководство командой стало своего рода испытательным полигоном для Эдоардо, сына Джованни. Глава клана был крайне требовательным и не собирался передавать пост сыну только по праву родства. Тому предстояло на практике доказать, что он чего-то стоит.

И он справился. Были построены база для тренировок и стадион. Руководитель «Ювентуса» лично отбирал игроков и в итоге создал команду, которая четыре раза (с 1931 по 1935-й) становилась чемпионом Италии.

Глава клана считал, что нашел себе достойного преемника, но его сын погиб в результате несчастного случая. После этого даже родилась легенда о «проклятии семьи»: ее представители часто умирали молодыми. В народе поговаривали, что это наказание свыше за сотрудничество с Муссолини.

Вновь возникла необходимость выбрать наследника. Среди семи внуков любимцем был тезка – Джованни, которого родные называли сокращенно – Джанни. Он действительно возглавил фирму, но только почти 30 лет спустя. А до этого Fiat ждали как падения, так и взлеты.

Крушение империи

В конце 30-х корпорация продолжала получать устойчивую прибыль от военных действий – испанской гражданской войны, Второй мировой. Выпускали технику для гитлеровской коалиции. Но немцы проявили неблагодарность к союзникам: оккупировали Северную Италию, захватили заводы, позже даже решили вывезти оборудование.

Кроме того, они активно бомбили предприятие, и к окончанию войны оно было почти полностью разрушено. Компанию национализировали, руководство сняли. У клана осталась незначительная доля акций, но влияния уже не существовало и в помине. В год окончания войны, на фоне полного упадка дела, глава семейства скончался.

В СССР: освоение зарубежья

В истории империи наступил первый период, когда руководитель оказался со стороны. В 1945-м во главе концерна встал Витторио Валлетта. Он восстановил производство, реализовал идею переноса производства за рубеж с целью удешевления продукции.

Он вел активную борьбу против захвата итальянского рынка зарубежными производителями, а в международных продажах сделал ставку на страны, находившиеся за «железным занавесом». В частности, именно силами Валлетты продвигался проект по строительству в СССР завода по выпуску «жигулей».

Летом 1966-го соглашение было подписано. Но сделка едва не сорвалась, когда к власти в концерне пришел Джанни: он не любил коммунистов, а прибыльность проекта показалась ему излишне низкой.

Внук, превзошедший деда

История семьи прославленных автомобильных магнатов – наглядный пример того, что таланты передаются через поколение. Джанни – один из крупнейших итальянских предпринимателей, его успехи во многом существеннее, чем достижения воспитавшего его деда.

На протяжении долгого времени он не имел никакого отношения к бизнесу, участвовал в боях, потом вел легкомысленную жизнь, полную развлечений. Но умение мыслить, характер и хватка достались ему в наследство от деда. Родные об этом знали, конкуренты – нет.

В конце 50-х Джанни возглавил холдинг, управлявший имуществом семьи, через несколько лет занял пост директора, а вскоре – и главы всей компании, тем самым восстановив контроль над бизнесом.

Он реорганизовал производство, внедрил более современные методы. Активно осуществлял поглощение конкурентов: в конце 60-х–начале 70-х ему принадлежало 30 заводов, где трудились 150 000 рабочих.

Через несколько лет Fiat попал в кризисную ситуацию. Доходы резко снизились, и только заграничные продажи все еще росли. Государство вновь могло взять контроль над компанией.

Даже в этой ситуации Джанни не сомневался, что Fiat займет лидирующее место в ряду автопроизводителей. Он автоматизировал производство, что помогло, хотя и не сразу. Сократился персонал, снизилась себестоимость машин.

Джанни обладал огромным влиянием, его обвиняли в лоббировании собственных интересов на уровне правительства. Он дружил с Рональдом Рейганом, по этой причине итальянцы были привлечены к выполнению программы США по освоению космоса.

В 1990-е продажи снова упали, предпринятые действия не исправили положение.

В этот момент он уже подыскивал себе преемника. Сначала был выбран один из племянников, но он внезапно умер от онкологического заболевания (семейное проклятие продолжало действовать). Тогда Джанни, который уже оставил должность, выбрал преемником своего внука Джона Элканна.

Однако тот не принял руководство на себя в полной мере. При нем во главе стояли двое управляющих. Особых успехов они не продемонстрировали. Фирма утратила лидерские позиции конца 80-х.

XIX век: пришли перемены

В начале 2000-х в компании наступил второй период, когда у власти не оказалось члена семьи. В 2004 году фирму возглавил Серджио Маркионне. К тому моменту Джанни уже умер – его не стало в 2003-м.

Оказалось, что новому управляющему вполне по силам реформировать автопроизводство. Прибыль, благодаря его действиям, выросла почти на 80%.

Полностью восстановиться не позволил кризис. Новый глава видел, что демонстрируемые показатели вряд ли позволят концерну благополучно пройти сложный период. Он избрал другой путь: приобрел Chrysler и начал его восстановление: переоснастил заводы, модернизировал производственный процесс и запустил его как у себя в Италии, где в тот момент все было отлажено идеально. А когда Chrysler вновь начал приносить прибыль, провел процедуру слияния, организовав Fiat Chrysler Automobiles. Только за 2016 год она принесла 1,8 млрд евро, рост доходности – почти в 20 раз.

Было заранее известно, что Маркионне собирается уйти с поста в 2019 году. Однако судьба решила иначе: в 2018 он умер. Пост гендиректора занял Майк Мэнли, прежде руководивший выпуском автомобилей под маркой Jeep. Он стал первым иностранцем, возглавившим некогда чисто итальянскую компанию. Внук Джованни вплотную заняться семейным бизнесом по-прежнему не стремится.


Комментарии ()

    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.